![](/upload/blog/9e6/9e6fa015048b31c0e1483a1f978b5c48.jpg)
Минобороны пытается исправить свои ошибки, увеличивая сроки службы оставшимся в строю офицерам
После многолетних сокрушительных сокращений офицерского состава в Министерстве обороны, кажется, решили трубить отбой собственной кадровой политике. Процесс зашел слишком далеко – ни воевать, ни учить войска сегодня в Российской армии просто некому. Чтобы подготовить новых командиров, нужны годы. Остается единственное: попытаться сохранить в строю хотя бы тех, кто уцелел от сердюковской военной реформы. Как?
[spoiler]
Выход в Министерстве обороны Российской Федерации нашли такой. Там подготовлен проект федерального закона, которым предлагается увеличить предельный возраст пребывания на военной службе офицеров и генералов на пять лет. По сообщению Управления пресс-службы и информации МО РФ, «проект закона определяет новые предельные возрасты нахождения военнослужащих на военной службе в зависимости от имеющегося офицерского звания: для подполковника, капитана II ранга включительно — 50 лет; полковника, капитана I ранга — 55 лет; генерал-майора, контр-адмирала, генерал-лейтенанта, вице-адмирала — 60 лет; маршала РФ, генерала армии, адмирала флота, генерал-полковника, адмирала — 65 лет».
Как отмечает Минобороны, в основу законопроекта «заложена идея закрепления на военной службе военнослужащих, обладающих боевым, войсковым и административным опытом, высокими управленческими знаниями и навыками». В то же время отдельная статья законопроекта указывает, что до вступления в силу нового закона, военнослужащие, заключившие контракты ранее, будут иметь право увольняться из Вооруженных сил при достижении ими предельного возраста нахождения на военной службе, определенного прежними нормативными требованиями.
В Госдуме новое начинание министра обороны Анатолия Сердюкова также нашло поддержку. Например, депутат Госдумы РФ, экс-начальник Генерального штаба Вооруженных сил СССР генерал армии Михаил Моисеев прокомментировал это так: «От данного законопроекта, по-моему, можно ожидать только положительный эффект. К примеру, полковник Генштаба с колоссальным опытом работы в 50 лет по закону должен был увольняться в запас. Почему же не дать ему возможности послужить еще пять лет? Это касается и генералов. Я буду, что называется, двумя руками голосовать за данный законопроект». Генерал Моисеев также отметил, что Министерство обороны сейчас пытается сберечь офицерские кадры, а не разбазаривать их, как это было еще до недавнего времени.
Отлично, но что мешало тому же Моисееву громко заявить о недопустимости этого самого разбазаривания хотя бы год-два назад, когда дело еще не зашло так далеко? Его могли бы услышать даже в Кремле. Не зря же последний начальник Генштаба еще советских Вооруженных сил слывет весьма близким к Кремлю человеком. Он – председатель Общероссийской общественной организации ветеранов Вооружённых Сил, был доверенным лицом Владимира Путина на недавних выборах. Но что-то про победно завершившийся разгром военных кадров от него не было слышно ни слова…
Ну, да ладно – хорошо, что прозрел даже генерал армии Моисеев.
Мы попросили прокомментировать инициативу военного ведомства бывшего заместителя начальника Военно-воздушной академии имени Жуковского и Гагарина по учебной и научной работе (1997–2005 гг.) генерал-лейтенанта запаса Ивана Найденова:
– Я думаю, что это вынужденный шаг. Это попытка спасти наши Вооруженные силы, особенно их военно-научный мир, который на сегодняшний день находится в тяжелейшем положении. Если принятие законопроекта состоится, это будет первый разумный шаг Министерства обороны за долгие годы
«СП»: — Как давно назрела необходимость этого шага?
– Примерно пять лет назад. Наиболее сокрушительные удары по кадровому потенциалу армии были нанесены в течение этого срока. Сегодня Вооруженные силы фактически разрушены, буквально на улицу выброшены тысячи опытных офицеров, которые могли бы еще служить и служить. Но едва ли самый большой урон понесла военная наука. Чтобы вы поняли абсурдность аргументов идеологов этого процесса, приведу всего один пример. Несколько лет назад руководитель департамента военного образования Министерства обороны Приезжева Екатерина Геннадьевна заявила, что «профессорско-преподавательский состав академии имени профессора Н.Е. Жуковского и Ю.А. Гагарина находится в предпенсионном и пенсионном возрасте, что отрицательно влияет на учебный и научный процесс…». Мы еще тогда везде говорили, что это величайшая глупость. К увольнению в запас скопом представляли докторов и кандидатов наук по единственному критерию: в 45 лет увольняют подполковника, в 50 – полковника, а в 55 – генерала. Неважно, сколько ты знаешь и умеешь, каково твое здоровье. Юбилей – и до свиданья. Но ведь в жизни все наоборот. Чем старше преподаватель, тем лучшим педагогом он становится. Хорошо, что в Министерстве обороны это, судя по всему, поняли хотя бы после того, что натворили.
Более жесткая позиция по этому вопросу у первого вице-президента Академии геополитических проблем, доктора военных наук, капитана 1 ранга запаса Константина Сивкова:
– Причина инициативы Минобороны проста: в результате обвального увольнения в запас 200 тысяч офицеров возник недобор командного состава. Еще в прошлом году рассматривался вопрос о повторном призыве, то есть возвращении на службу порядка 70 тысяч офицеров. Сегодня, когда мир стоит на пороге большой войны, дальнейшее сокращение офицерского корпуса и Вооруженных сил в целом является самоубийством. Поэтому сейчас принимаются меры к тому, чтобы обеспечить сохранность офицерского состава из тех, кто уцелел. Это единственная причина.
Кроме того, насколько мне известно из закрытых источников, сейчас рассматривается вопрос о повторном призыве на военную службу некоторых офицеров с высокими званиями – генералов, полковников – для того, чтобы обеспечить поддержку молодым офицерам, которые не имеют того опыта, что есть у их предшественников.
Поэтому все это в целом свидетельствует о том, что государственные руководители озабочены ситуацией, сложившейся с комплектованием кадрами Вооруженных сил, и пытаются таким образом заткнуть образовавшуюся дыру. Я хочу напомнить, что в течение последних двух лет вообще не производился набор в военные училища – новых лейтенантов мы не начинали готовить, что вызвало новую пробоину в подготовке кадров.
«СП»: — Если все так, то это говорит о двух вещах. Первое – сокращение офицерского корпуса не было ни продумано, ни просчитано. Второе – сейчас нашему военному командованию пришло осознание своей ошибки.
– То, что сейчас происходит, свидетельствует только об одном: в руководстве Вооруженных сил находятся некомпетентные и конъюнктурные люди. Господин Сердюков, не имеющий никакого звания и пришедший в ВС после кратковременного пребывания на посту главы налоговой инспекции, по определению не может сделать что-то качественное в плане подготовки и развития Вооруженных сил. Люди в его команду подбирались по принципу верноподданности лично ему. Поэтому мы и видим эти метания. Сначала нам объявили, что армия теперь будет контрактная. Через год – что армия будет полностью призывной. Теперь снова говорят про контрактную. Сначала нам говорили, что из 350 тысяч офицеров мы уволим 200 тысяч. Затем, буквально через 3 месяца, было сказано, что надо набрать 70 тысяч офицеров. А теперь им продлевают сроки службы. Все это свидетельствует о том, что у людей, которые занимаются развитием нашей армии, нет представления о том, что они делают. Эти люди не обладают достаточной административно-стратегической подготовкой. У них нет даже элементарного самоуважения: своим очевидным глупостям они даже не пытаются придать хотя бы внешнее подобие последовательных действий. Это свидетельствует о полной профессиональной деградации руководства Министерства обороны.
«СП»: — Если отвлечься от профессионального уровня военного руководства нашей страны и положении дел в армии, насколько эта мера оправдана? Звучат высказывания, что ее следовало вводить еще в советские годы.
– Конкретно в той ситуации, в которой сейчас находится Россия и ее Вооруженные силы, продление срока службы офицерского состава является абсолютно правильным и верным ходом. Это надо было сделать еще давно.